Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Два забытых миллиона

В этом году второй раз пытаюсь найти работу в Киеве. И пока, как и год назад, не очень удачно. Материал который представляю вам готовился для одного из украинских журналов. Сначала редакцию он устраивал. Меня попросили его расширить, добавив комментарии экспертов и украинцев из России. Расширил, добавил, но мне заявили, если перефразировать, что, по мнению главного редактора этого журнала, все украинцы России не согласные с политикой Путина должны были массово собрать манатки и уехать на Украину, создав в ней нечто подобное тому что сейчас творят сирийцы в Европе. А так как они этого не сделали, то и материал не интересен. Тем не менее, я не согласен с тем что такое массовое переселение вообще возможно. Даже евреи не все сбежали из Третьего Рейха, хотя многие понимали к чему идёт дело. Тема мне кажется важной и незаслуженно  забытой на Украине. Поэтому публикую его в своём ЖЖ.
Collapse )

Конотопський бар'єр

Недавно вернулся с Украины, куда ездил на выборы международным наблюдателем в составе миссии Світового конгресу українців (СКУ). Сами выборы прошли небезынтересно, впрочем, как всегда. Особенно, с учётом того что наблюдали мы - трое человек, в одесском округе, где баллотировался Сергий Кивалов - тот самый соавтор знаменитого "мовного закона Кивалова-Колесниченко". Но зафиксировать какие-то нарушения, которые могли значительно повлиять на результаты выборов, нам не удалось. На участках где я был самым, пожалуй, наглым нарушителем стала бабушка, которая присела ещё раз пересмотреть бюллетень перед заходом в кабинку. В это время к ней подошёл, наверное, её же муж - дедушка, с уже заполненным бюллетенем и ручкой, и ткнул пальцем в её бюллетень, оставил ручку, а сам пошёл бросать свои листы для голосования в урну. Бабушка, недолго думая, прямо на стуле и начала ставить галочки. В одном бюллетене успела, начала в другом, но тут её остановило то, что я начал её фотографировать. Члены комиссии, не мешавшие старушке заполнять бюллетень за пределами кабинки для голосования, стали кричать, что я нарушаю тайну выбора. Бабка стала размахивать бюллетенями, крича: "Да не ставила я ничего", хотя на одном из бюллетеней была явно видна галочка. В итоге доголосовывать бабку отправили в кабинку, а я ткнул членов ДВК в закон, где написано, что международные наблюдатели имеют право на фото и видео съёмку. На этом история и закончилась.
PA262162
Но самое интересное произошло на подъезде к Одессе, вернее на дальних подступах - в Сумской области, в городке Конотоп, где мой поезд проходил таможенный и пограничный контроль. Время - полшестого утра, только задремал после российской границы (она была в Брянске), и уже думал куда лучше сначала пойти в Киеве - успеть заскочить в МИД (где мне должны были наконец-то вручить статус закордонного украинца) и потом поехать на тренинг для наблюдателей в университете Шевченко, или сначала поехать в Шевченко, а после, уже со свидетельством международного наблюдателя в кармане, ехать в МИД.
Но все мои планы, равно как и сон, нарушила граница.
Я, видимо, сразу понравился юноше (который выглядел лет на 19-ть), который очень внимательно изучал мой паспорт. Я отдал ему скан приглашения от СКУ (оригинал по почте мне прислать тупо не успели), распечатанный с сайта Центральной избирательной комиссии Украины (ЦВК) список наблюдателей от СКУ, в котором заранее обвёл овалом свои ПІБ. Но через минуту меня вызвали в тамбур. И уже другой прикордонник (позже выяснил, что это был старший смены старший прапорщик Максим Телелейко - теперь это имя не забуду), начал задвать мне те же вопросы что и его коллега. На них не произвело, по крайней мере, положительного впечатления ни то, что я отвечал по-украински, ни мои расказы про СКУ, СКУМО, и, тем более, УМФР. Естественно, ни про одну из этих организаций они не слышали... Откуда ведь, да?
По их словам, моей фамилии не было в неких "списках международных наблюдателей, которые дало нам правительство", а бумаги я мог подделать. На моё предложение посмотреть в Интернете ( я ж не настолько крут чтобы подделать сайт ЦВК), или хотя бы поговорить по телефону с разбуженным мной кандидатом в украинские нардепы Олексием Захарченко,мне ответили отказом и сняли с поезда... В это время парень, который первый смотрел мои документы пробурчал что-то типа: "Нафиг вы нам нужны, и без вас разберёмся..."
Ну да, действительно... зачем прикордонникам 2 миллиона граждан России, считающих себя украинцами (по данным переписи 2010-го года), проще ведь думать что там, то есть тут - в России, все враги...
Итак, меня ссадили с поезда. Минут 10 мы подождали на улице с не самыми приветливыми прикордонницами, которые на моё "Доброй ночи" пробурчали что-то невразумительное, пока вагончик тронется, перрон останется.... и отправились в помещение конотопского прикордонного отряда, где нас встретил стенд с такой позитивной надписью (за качество фото сделанного на телефон в полутьме, прошу простить, но главный мессадж читается):
DSC00173
Мне позволили сесть в некоем предбанничке, немного напоминающий сельский ДК - по сторонам стояло несколько рядов стульев, но комната была проходной. В одном углу была дверь на улицу, которую прикордонники (что называется, родившиеся в лифте), крааайне редко закрывали, поэтому в зале было холодно. С другой стороны была дверь в туалет. Ещё одна дверь вела в служебные помещения. Вскоре ко мне привели второго собрата по несчастью. Им оказалась напуганная, видимо разбуженная, 78-летняя женщина, которая ехала из Ярославля к дочке в Одессу. Ситуация осложнялась двумя моментами: 1) у меня садился телефон, 2) полшестого утра нормальные (и большинство ненормальных) людей либо уже спят, либо ещё спят.
К счастью, в дело моего вызволения практически сразу вступила представительница СКУ, которая стала мне звонить, пан Богдан Сергийчук из МИДа(у которого я должен был получить статус закордонного украинца), и Лёха Захарченко. Однако, пограничники отказывались говорить с кем-либо из них по моему телефону, равно как и заходить на сайт ЦВК.
Ещё пока мы стояли на перроне и ждали пока отправится мой поезд, прикордонники хвалились как накануне сняли с поезда "9 агентов ФСБ, у которых с документами было всё впорядке". Потом же главное что мне предъявляли - отсуствие "мокрой" печати на приглашении и то что "распечатку с сайта ЦВК кто угодно может подделать". При этом мне ставился в пример какой-то чувак из моего вагона (видел его только со спины, когда меня снимали с поезда), у которого откуда-то было и приглашение, и даже свидетельство наблюдателя уже имелось... У меня, конечно, возникли вопросы и о том насколько "агенты ФСБ" были "агентами ФСБ", раз у них было всё впорядке с документами. Не говоря уже о том, что, по их логике, казалось бы, чувак из моего вагона, которые ехал уже даже со свидетельством наблюдателя, должен был быть куда более подозрителен чем я... Но задать вопросы было некому.
Кстати, ситуация была немного комичной в том аспекте, что я пытался говорить с ними на украинском (правда получалось не всегда - так как когда со мной говорят на русском я автоматически на него перехожу), а вот прикордонники говорили со мной исключительно на русском. Я, конечно, считаю, что украинский патриот может в быту разговаривать и на испанском, и на русском и на китайском. Но достаточно интересно что украинские патриоты (которыми, видимо, считают себя прикордонники) говорили на русском, а агент ФСБ (каким, как я понял, они меня считали) пытался с ними говорить на украинском...
А так - мы сидели, периодически мне звонили либо из МИДа, либо из СКУ, либо Лёха Захарченко и спрашивали как дела. Я дал позвонить моей коллеге по несчастью - той самой 78-летней женщине. Хотя просил её говорить не долго - ибо батарейка разряжалась. Но не долго с разбуженной под утро дочерью, которая узнала что маму сняли с поезда, не получалось... Сняли её, кстати, якобы за то, что она превысила срок нахождения на Украине, при этом сама она говорила что последний раз была в стране год назад.
Я сидел, женщина причитала, прикордонники входили и выходили через распахнутую на улицу дверь (которую мне уже надоело закрывать). Примерно через час меня спросили: "Будете писать пояснение?" Я ответил, что, конечно, буду. Написал:
PB052089
И снова тишина. Примерно в это время выяснилось, что женщину "перепутали" с какой-то однофамилицей и сняли "по ошибке". Пока я писал пояснение её увели на поезд. Правда не на прямой до Одессы, каким она ехала. А сначала до Киева...
Я продолжал сидеть. Привели  сначала ещё одного снятого мужчину, тоже "за превышение срока пребывания", затем ещё двоих - как я понял, мужика с донбасской пропиской, поэтому и снятого, и гражданина Армении, ехавшего к кому-то в Тернополь. Естественно, все пытались звонить своим родственникам, знакомым к которым едут, чтобы они поговорили с прикордонниками. Но прикордонникам всё-равно.
В углу зала лежала собака, которая, видимо, должна обнаруживать наркотики. Несмотря на то что с приближением дня должно было становиться теплее, холодало (дверь открыта).
Часов в 8-мь меня вызывают, показывают постановление о запрете мне въезда на Украину. В причинах ссылаются на то.... что я не пояснил цель визита на Украину. Ага... Цель...
Так как я с этим не согласен, естественно, подписывать отказываюсь. Мне говорят: "Это ни на что не влияет, всё-равно не впустим". В это время до меня дозванивается какой-то представитель украинского МВД (фамилию и должность не запомнил), и включается в процесс. Зарядки остаётся процентов 7. Снова сижу.
В это время нас либо провоцируют, либо показывают пример наплевательского отношения к оружию. Входит одна прикордонница и ставит прямо у нас перед носом автомат (без обоймы), уходит. Может быть надеялась, что мы схватим его и попытаемся с боем прорваться наружу, тут-то нас, к чертям, и положат. А может ей вообще пофигу на безопасность... Но смотрелось это странно.
Примерно в 8-50 мне выдают постановление про запрет мне въезда. Требую копию своего объяснения. дают ксерокопию (которая выложена выше), без входящего номера, без надписи "копія вірна". Я говорю, что мне нужна копия с входящим номером и заверенная. Отвечают, что до 12-ти часов, когда идёт поезд в Россию, успеют.
Звоню всем, сообщаю новости. Примерно в 8-52 меня вызывает на улицу Максим Телелейко. Выходим. Не глядя на меня старший прапорщик говорит: "Если бы ты не подключил свои связи, мы бы тебя, конечно, не пустили, а так - езжай". "Я могу ехать?", - уточняю я. "Да".
Возвращаемся в помещение. Через пять минут выходит, видимо, тот самый подписавший моё пояснение О. М. Деняк. Говорит: "Сам понимаешь, проверить на сайте мы не могли, "мокрой печати" не было". Выясняется, что в XXI веке у погранцов тупо нет интернета и даже какого-то ограниченного доступа к сайту ЦВК.
Без извинений, забрав постановление о запрете въезда, и вернув паспорт со штампом, меня освобождают. Вместе с Телелейко идём на вокзал. Выяснилось, ещё в разговоре с Деняком, что сажать за свой счёт до Киева меня прикордонники не собираются: "Вот если бы у тебя был украинский билет...", - говорят они. Интересно, ту женщину до Одессы тоже за её счёт посадили? Никого не интересует, есть ли гривны, и т.п.
На вокзале выясняется что если с полшестого и до полдевятого утра поезда в Киев ходили каждые полчаса, то после полдевятого следующий идёт только в 14-09... С прибытием в 5 вечера (к этому времени я должен был уже получить в Киеве свидетельство закордонного украинца и свидетельство о том что я являюсь международным наблюдателем, и даже у меня уже был билет на полпятого на поезд Киев-Одесса...) Понимая, что не успеваю, пытаюсь выяснить можно ли добраться на автобусе, с пересадками - нет. Ничего. Звонит дочка той женщины, спрашивает у меня (я уже эксперт, видимо), на чём отправили её маму. Телелейко пишет мне номер поезда на бумажке. Отслылаю смс. Делать нечего, беру билет на два дня...
Выясняю, что розетка на вокзале есть у камер хранения. Правда висит она на такой высоте, что заряжать телефон можно только держа его в руке... Заряжаю немного. Кладу сумку в камеру хранения, иду гулять. Выясняется, что Конотоп - достаточно депрессивный город. Гулял в центре, максимум в 5 километрах от вокзала. Увидел 5 рынков, самый знаменитый памятник города (на половине магнитов) - памятник красному коню. Чтобы вы ощутили атмосферу Конотопа, вот так выглядит местная милиция:
DSC00174
А вот так памятник на месте первых демонстраций против царизма (сейчас на этом месте очередной рынок):
PA242090
Ну и напоследок - народное творчество у останком вагоноремонтного завода, говорящее о смешанных чувствах конотопцев (больше фоток планирую выложить в фэйсбук, но руки пока не доходят):
PA242107
Я позвонил, и поблагодарил всех кто мне помогал - от дяденьки из МВД, до Лёхи Захарченко (Ещё раз спасибо всем!). Надеясь, что этим парням что-то прояснят и вправят мозги, а лучше - поставят компьютер с отключенными USB портами, но с доступом в интернет.
Как выяснилось - изменений в Конотопе не произошло. На следующий день там же сняли ещё одного нашего наблюдателя, а потом была интересная история, подробностей которой я не знаю, случившаяся при выезде ещё одного нашего украинца.
Заплатить за камеру хранения мне пришлось дважды - так как, оказывается, сначала нужно было вводить код кнутри кабинки... а я вертел снаружи. Так что мне пришлось ещё и доказывать что сумка моя.
Про то как я приехал в Киев полшестого вечера, выяснил что билеты на поезд до Одессы расскуплены студентами (пятница), и с сумкой скакал на автовокзал, затем в МИД и в СКУ (и каким-то чудом всё успев), получив-таки статус закордонного украинца! Равно как и про то как мы жили-не тужили в Одессе - история отдельная, которую описывать не хочется.
P.S. Когда выезжал из Одессы в Кишинёв, ехал на маршрутке. Меня вывели из неё с вещами, радостный водитель уже поставил на место моей сумки другую. Но увидев мой паспорт (на фото я в вышиванке, кстати), свидетельство наблюдателя, и найдя меня в списках (у них, в отличие от Конотопа, я почему-то был... не странно ли?) прикордонники не стали чинить мне препятствий на выезд (да это вообще нелогично), и водиле пришлось ставить мою сумку на место.
 Назад ехал поездом Кишинёв-Москва. На КПП Могилёв-Подольский прикордонницы (две девушки) встретили мой паспорт чуть ли не криками радости: "Россиянин! сколько тебе лет? 14-ть? А ты знаешь, что въезд на Украину россиянам от 18 до 60 запрещён". Правда статус закордонного украинца и свидетельство наблюдателя их остудило. Они попробовали сфотографировать мои документы. Но выяснилось, что у них села батарейка на фотоаппарате. А вот моему соседу напротив пришлось давать взятку таможеннику. Он вёз 5 литров вина, вместо разрешённых двух. И таможенник нарисовал ему, мне кажется, не совсем законную перспективу - либо он заполняет таможенную декларацию и едет домой (декларация, бланк которой он дал, что интересно, была на русском языке...), либо он не заполняет и по дороге его снимают с поезда и задерживают. Никакой альтернативы, типа вылить вино не было. В итоге всё решили 100 лей в паспорте... Вот такая новая страна, но старые люди.
Выезжали на этот раз через хутор Михайловский. И там, впервые за поездку, у прикордонников не возникло ко мне дополнительных вопросов...

Свобода или рейтузы?

Здравствуйте, дорогие Крымчане!
Меня зовут Сергей Игоревич Карась, я считаю себя украинцем, однако живу в России. И родился я тоже в России, в городе Гусь-Хрустальный Владимирской области 24 июля 1990 года. Вернее, родился я ещё в СССР, если быть более точным в РСФСР СССР. Моего прадеда после Второй мировой, послали из под Донецка в Сюлюкту (Кыргызской ССР) поднимать там шахтёрское дело. Он был шахтёром, а тогда, в сталинские времена всех кидали куда попало. С тех пор моя семья не живёт на Украине. Собственно, и по крови я украинец не особо, наверное, потому что чистыми украинцами были мои прадед и прабабушка, родственники по маме, в основном, русские, правда другой мой прадед и вовсе узбек. Тем не менее, у меня в свидетельстве о рождении, том самом, советского образца, было написано, что мама у меня русская, а отец - украинец. И мне ещё с детства объяснили, что я могу выбрать кем мне быть.

Выбирать кем быть - это вообще ключевая мысль моего текста. Сделаю небольшое лирическое отступление. Я не знаю зачем я это пишу, ибо не уверен что вы это услышите, наверное, это нужно в первую очередь мне. Рассказ будет долгим. Если Вы, уважаемые крымчане, начали его, то садитесь перед своими мониторами поудобнее.
Collapse )

Новый талмуд

В воскресенье 16 февраля Владимир посетил первый секретарь Посольства Израиля в России Шломо Воскобойник  и, после встречи с еврейской общиной, он провёл круглый стол посвященный вопросам межнациональной толерантности в нашем обществе, который начался…

Фото Ольги Сморжанюк
Collapse )

О том как оформить социальную стипендию

Я учусь уже на последнем пятом курсе и, по глупости своей, ни разу до сего года не оформлял социальную стипендию. Ну, вот так получилось. У нас же вечно никто не знает законов. Особенно печально когда их не знают те, кто должны их выполнять, но это отдельная история. Подтолкнуло меня к оформлению "социалки" введение нового закона об образовании, которое сняло ограничение по плате за общежитие в 5% от стипендии. По новому законодательству ВУЗы сами назначают размеры стипендий. В Москве и Питере назначено по несколько тысяч, мой универ долго думал сколько же dpsvfnm. Вернее, может думали бы они и меньше, но поднялась шумиха в прессе, когда в начале года появились сообщения о квитанциях об оплате тысяч на 15 за семестр. Профсоюз бил себя в грудь (цитата): "Резкое увеличение платы за проживание в общежитиях недопустимо! Это единая позиция и ректората, и профсоюзной организации университета!". Но, как обычно, слова остались словами. И, если в прошлом семестре я платил за общежитие около 700 рублей, то в этом году 700 рублей пришлось бы платить за месяц! (то есть суммарно, плата повысилась в 5 раз!). У меня повышенная (я - отличник) стипендия, которая с сентября составляет аж 2012 рублей (хотя год идёт 2013-й) и, получается, я должен был платить половину стипендии за проживание.
Однако, университет оставил некую лазейку, которая, по их мнению, очевидно, должна была смягчить недовольство студентов: те кто получает социальную стипендию освобождаются от оплаты общежития.

Collapse )

Марш Победителей

Завтра в Москве пройдёт Марш Миллионов - люди пройдут от метро Октябрьская (Калужская площадь) до Болотной площади, где пройдёт митинг. Основные требования: 
1. Комплексная политическая реформа. 
2. Реформа законодательства о выборах (а не имитация реформы, которую нам подсовывает Кремль).
3. Проведение досрочных парламентских (до конца 2012 года) и президентских выборов (весной 2013 года).
ЗА ЧЕСТНУЮ И ЛЕГИТИМНУЮ ВЛАСТЬ!

Чем ближе к митингу, тем больше агонизирует власть. Даже при подготовке к пикету 10 декабря на нас не оказывали такого давления. Вернее, на нас - организаторов тогда давили, может, и не меньше, а, может, и больше. Но официально не трогали простых участников (ну, не считая "мелочей" типа внезапного выселения студентов из общежитий в связи с обработкой всех зданий от тараканов. (не от хомячков же!)). Сейчас, даже в нашей, не самой активной области, к людям, которые только нажали "возможно буду" во встрече посвящённой Маршу "вконтакте" и не оставили там ни одного сообщения, полиция приезжает домой. На "профилактические беседы" в университете также вызывают студентов, иногда, рандомно. Даже тех, кто никогда ни на какие акции не ходил (ну и со мной сегодня, естественно, тоже провели беседу с мессачем: не запрещаем, но не советуем и не светись). Совпадение, или нет, но вчера в нашем ВУЗе сняли ректора. Вместо, вроде бы, беспартийного, но, естественно (куда ныне без этого на руководящем посту госучреждения?) лояльного к власти профессора Морозова, исполняющим обязанности главы ВлГУ назначен проректор, один из лидеров городского списка "Единой России" Анзор Михайлович Саралидзе. Человек, безусловно, достойный должности исполняющего обязанности. Но вот совпадение ли то, что отставка случилась примерно тогда, когда начали прессовать (беседовать) студентов? Всё это работает не на пользу власти, а, скорее, во вред. Конечно, есть такие, кто после профилактики отказался от идеи поехать в Москву. Но, во-первых относиться лучше к власти они не стали, а вот хуже - да.
А во-вторых, вчера меня вызвали в полицию на сегодня. Позвонили на мобильник, попросили прийти. Причём не куда-нибудь а в областное УВД (чувствуете уровень?)! Вечером узнал, что моего товарища, с которым вместе являемся одними из организаторов сообщества "Владимирцы за честные выборы" Эдуарда Конюшина  тоже вызывают в ОУВД. Договорились скооперироваться и пойти вместе. Позвонили господам полицейским, те были не против. Зачем, собственно, нас вызывают, не знали, так как по телефону нам это объяснять отказались, сказав только, что если мы будем ждать повесток - так они не помеха. 
Как оказалось, на вызвали в центр "Э" (управление по борьбе с экстремизмом) и замначальника отдела А(О)брывалин Иван Петрович, в присутствии ещё одного сотрудника и начальника отдела, прочитал нам примерно полуторочасовую лекцию о том, что главное-стабильность (в это время в Гусь-Хрустальном, например, закрывают хрустальный завод!), все оппозиционеры рано или поздно попадут под прицел (внимание) их центра, они все за Путина, а ОМОН сначала выполняет приказ, а потом думает, поэтому нам завтра может быть плохо. При этом когда он говорил про стабильность, Путина и "не раскачивать лодку", Иван Петрович подчёркивал, что это его личное мнение и нам он его не навязывает. У нас взяли номера телефонов, паспортные данные, сфотографировали в профиль и в фас (очевидно, для этого и вызывали - фотосессию устроить) и отпустили. Что самое интересное, если до этого, мой сегодняшний напарник - Эдуард Конюшин сомневался стоит ли ехать, то после беседы со специалистами центра "Э" решил - ехать стоит! То есть, специалисты сработали в обратном направлении. Или они хитрили и хотели сделать так, чтобы мы поехали?
Ещё господа давили на то, что лидеры оппозиции нас могут обмануть. Не стал там с ними спорить - дело, на мой взгляд, бесполезное. Они же не знают, что наше принципиальное отличие - у нас нет безоговорочных лидеров, потому что наша главная цель - честные выборы и соблюдение действующих законов, при смене их на более прогрессивные. Отмена результатов не честных выборов, внутренняя свобода человека - его право не трястись и не оглядываться, когда идёшь по улицам. И мы, все кто выйдут завтра на Болотную - равны. Нет, конечно, год назад, на той же Болотной, когда Удальцов устраивал митинг-концерт "20 лет в пустоте" мне было проще к нему подойти и пожать руку - я тогда был корреспондентом одного телеканала (вернее стажёром-практикантом), а Удальцов, на чей митинг тогда пришло максимум 200 человек, был заинтересован в освещении этого  мероприятия. Завтра я до Сергея едва ли доберусь. Но не это главное. Главное что не всё зависит от Шаца, Удальцова, Навального или ещё кого-то. Мы - народ. И мы хотим свободы, честности и соблюдения законов. И поэтому нас обмануть не могут. 
Очень рад, что коммунисты решили тоже выбраться на завтрашний марш. Вот до кого-то из них, надеюсь, доберусь, чтобы рассказать им как было на моём участке на президентских выборах, а то документы так и лежат...
Сегодня, кстати, несколько знаменательных событий произошло. Кроме того, что праздник -
день советской печати, меня добавил в друзья "вконтакте" Илья Яшин (сам, неожиданно, я не понял чем привлёк его внимание), а в ЖЖ мою ленту теперь читает видный младоедросовский владимирский идеолог Дмитрий Белан belan_dm - Дим, привет. Что ты думаешь про Марш Миллионов и честность выборов?
А, вообще, знаете что подумалось, все мы, не важно, сколько нас будет, миллион, 10 тысяч, 50 (хотя, чем больше - тем лучше), мы все - Победители. Мы уже победители. Ведь мы вышли несмотря на запугивание и со стороны власти, и начальства, вопреки тем препонам, которые нам создавали. Кто-то испугался и остался дома. А мы вышли. Выйдем. И поэтому для власти мы опасны. Потому что мы - не рабы, а Победители. Я ведь никогда не любил политику. И сейчас не люблю. Но из-за неё записан в экстремисты. И нас таких много. Власть сама закаляет из нас сталь. Два года назад, на первом курсе университета, меня послали снимать мини-фильм к юбилею победы к ветерану войны Константину Фёдоровичу Щукину. Сегодня, когда искал на сайте университета информацию о смещении ректора наткнулся на сообщение - Константину Фёдоровичу исполнилось 90 лет. Он здоров. И я его поздравляю с юбилеем, желаю здоровья и жить как можно дольше!!! Но, мне вспомнилось, я брал у него фотографии для фильма, и всё как-то не мог их занести, но, когда принёс, уже собирался уходить, он мне сказал: "Чувствую в тебе что-то хорошее. Не страшно за вас, чувствую, хорошие ребята" (на дословность цитаты не претендую). Я не знаю, как Константин Фёдорович относится к митингам. Возможно, осуждает. Но ведь они - его поколение, боролось за свободу, чтобы мы были свободными. А мы, по сути, продолжаем бороться именно за это. Отвоёвывать (фигура речи - к войне или революции, или иному способу незаконного свержения режима не призываю) у власти то, что отвоевали у Гитлера и Муссолини наши прадеды и деды, но отобрали свои же власти. Значит и мы - защитники Отечества. 


Поставили на место

4 марта состоялись выборы Президента России. Выборы, как вы знаете, прошли не только на территории Российской Федерации, голосовали также граждане России, находящиеся за пределами территории страны с бело-сине-красным флагом.

Я направился в участковую избирательную комиссию, расположенную в городе Харькове (что на Украине), на территории Генерального Консульства. Направлялся я долго и упорно. Сначала представители кандидата, от которого я собирался быть направленным (Г.А. Зюганова) достаточно оперативно вышли на связь, но потом дело застопорилось. Так как на Украине я постоянно не проживаю, а приехал в эту страну незадолго до дня голосования, по почте передать документы мне не получилось. Фактически, в итоге, мне скинули форму направления наблюдателем в формате *.jpg и мне следовало самому её подписать у доверенного лица моего кандидата (этих лиц я знал). Вот тут-то, как окажется в последствии, и крылась моя крайне досадная невнимательность и недоработка тех людей, которые заведовали направлением наблюдателей в зарубежные УИКи. Но об этом после.

Искать Генеральное консульство я пошёл накануне выборов, дабы в день голосования найти это здание быстро (приходить на участок наблюдателям нужно чем раньше, тем лучше). Говоривший со мной, очевидно, сотрудник консульства (ни имени, ни фамилии, ни должности я не знаю, но на следующий день он был на участке), когда я ему сообщил: «А я к вам завтра наблюдателем приду». Сообщил, что такими вещами не шутят, что предупреждать, мол, об этом надо заранее, но, приходи завтра с направлением.

Придя на участок, я подал направление, допустив ещё одну ошибку. Я отдал им оригинал, не потребовав копию с отметкой о принятии. Но я был зарегистрирован как наблюдатель, а, значит, казалось бы, проблем возникнуть не должно. На участке так же находился член УИК с правом совещательного голоса от кандидата Прохорова.

Нас усадили на вполне удобное для наблюдения место, с которого нам было видно как работу членов УИК, выдающих бюллетени, так и урну, а также Председателя комиссии и секретаря. Правда, как оказалось в процессе голосования, при наплыве посетителей-голосующих (а у здания консульства выстроилась небольшая очередь) процесс выдачи бюллетеней с наших мест был фактически не виден, впрочем, замечу, что ходить по территории участка нам никто не мешал.

Я старался не быть «буквоедом» и не стал придираться к тому, что на участке не висят увеличенная форма протокола и информация о членах УИК, довольствовавшись заверением председателя комиссии о том, что увеличенная форма протокола будет повешена непосредственно после завершения голосования. Так же я трактовал достаточно спорную норму закона, позволяющую УИКам зарубежом не сшивать книги списка избирателей, а подшивать одну книгу уже после завершения голосования (в связи со спецификой участка каждому члену УИК, выдававшему бюллетени выдавался лист из книги списков избирателей, который по окончании менялся на новый), так вот, я трактовал спорную норму закона о списках в пользу членов УИК. Но одно я не смог пропустить. Мы с моим коллегой заметили, что заместитель председателя УИКа находится вне участка. Как нам пояснили, накануне были опечатаны 4 переносные урны, которые утром 4 марта отправились на, так называемые, «выездные пункты» в города Днепропетровск, Запорожье, Луганск и Донецк. Там предполагалось провести голосование с 10 до 16 часов пополудни, о чём, к слову, говорили приглашения на выборы, расклеенные по всей территории участка и, как нам сообщили, рассылаемые зарегистрированным в консульстве россиянам.

Опечатка урн, произведённая заранее, была объяснена тем, что до этих городов ехать далеко, а не сомневаться в честности выборов мы должны потому что, если бы мы накануне пришли на участок, нам бы предоставили возможность ознакомиться с урнами. Хотя, и такие люди, как сотрудники консульства, не могли об этом не знать, в законе «О выборах Президента Российской Федерации» в пункте 5 статьи 23 написано: «С момента начала работы участковой избирательной комиссии в день голосования, а также в дни досрочного голосования и до получения сообщения о принятии вышестоящей избирательной комиссией протокола об итогах голосования, а также при повторном подсчете голосов избирателей на избирательных участках вправе присутствовать лица, указанные в пункте 1 настоящей статьи, а также наблюдатели, иностранные (международные) наблюдатели».  То есть я мог находиться на участке только в день голосования, так как досрочного голосования не производилось, а, соответственно, моё присутствие в качестве наблюдателя 3 марта было бы незаконным. Не найдя в законе пункта о «выездных пунктах для голосования» вообще, и посоветовавшись с юристом от моего кандидата, я написал жалобу на нарушение законодательства. И это, очевидно, расстроило членов УИК настолько, что вместо того, чтобы проверить законность своих действий, они начали проверять законность действий моих. Отдав жалобы, я уехал на выездное голосование по Харькову, где пробыл с часу дня до 6 вечера, успев до отъезда дать интервью телеканалу "Симон" (www.objektiv.tv), упомянув о возможных нарушениях.

Пока я ездил, мой коллега успел дать ещё пару интервью местным СМИ. Очевидно, это также сыграло не последнюю роль в последующих событиях. На выездном голосовании, впрочем, всё прошло относительно спокойно, но не без некоторых нарушений.

Стоит сказать пару лестных слов в адрес работников УИКа. Относились к нам хорошо, даже 2 раза покормили (ели мы вахтенным методом, чтобы не оставлять участок без присмотра). Секретарь О. В. Павлычева предоставляла нам для ознакомления документы, и не будь «выездных пунктов», особых претензий к членам комиссии и их работе не было бы. Сергей Алексеевич Семёнов, председатель комиссии, так же был открыт для вопросов и обращений, и всё достаточно красиво объяснял, правда, узнав о том, что я собираюсь подавать жалобу, пытался отговорить нас (а коллега-представитель Прохорова собирался сделать тоже самое), говоря, что норму закона «выездные участки» не нарушают, а подав жалобу мы просто будем выглядеть непрофессионалами.

Вернувшись на участок, я обнаружил, что данные по проголосовавшим, представленные нам секретарём УИКа и данные члена УИК с правом совещательного голоса, представляющего Прохорова расходятся примерно на сотню, а «выездные пункты» уже собрались и едут назад.

Наплыв избирателей почти иссяк. А ближе к полвосьмому члены УИК, выдававшие бюллетени уже стали нумеровать списки и подсчитывать избирателей, оставив для выдачи бюллетеней только одного члена УИКа, что так же является пропущенным мной нарушением.

После окончания голосования, члены УИК переместились, вместе со списками избирателей в соседний кабинет, и подсчёт производился именно в нём, а не в  помещении, где проходило голосование. Один из членов комиссии как бы невзначай упомянул, что ему не выгодно обижать кандидата от КПРФ, так как он год работал с его женой. На момент закрытия участка приехало только 2 группы «выездных пунктов» - Днепропетровская и запорожская, а луганская и донецкая группа подъехали только в 21:08 и 21:09, соответственно. После заполнения увеличенной формы протокола по пунктам, предшествующим подсчёту голосов, было объявлено, что на участок ТИК выдал 27 тысяч бюллетеней (хотя до этого нам говорили, что на «выездные пункты» было выдано по 1 тысячи, а на участок оставлено 2 тысячи бюллетеней, исходя из чего мы полагали, что поступило 6 тысяч заветных квитков). Погашать при нас бюллетени не стали, мотивировав это тем, что их погасят в подвале – всю 21 тысячу + оставшиеся бюллетени, а право на вход в это служебное помещение мы не имеем.

Была вскрыта переносная урна, с которой ездил я, бюллетени были рассортированы и тут началось самое интересное и печальное. Момент вскрытия урны я снимал на видео, после чего председатель УИК г-н Семёнов предложил мне выключить видео, дабы провести голосование по моей жалобе. Я отказался, а г-н Семёнов выдвинул вопрос о моей легитимности. Будучи, по собственному признанию, юристом по образованию, да ещё и консулом, он подтвердил: кто ищет, тот всегда найдёт. В направлении была неправильно указана статья, в соответствии с которой я направлялся наблюдателем (из-за технической ошибки и невнимательности вместо статьи 23 была указана статья 2), нашли к чему «подкопаться», и у второго наблюдателя. После чего нам было предложено забрать заявление и остаться на участке и получить на руки копию протокола (возможно, кто-то думал, что от копии протокола будет зависеть наше вознаграждение, но работали-то мы за идею), либо покинуть помещение. Так же моя консультация с юристом о «выездных пунктах» трактовалась председателем УИКа как провокация. Я сказал, что если комиссия вынесет решение об удалении меня с участка, то я удалюсь после получения соответствующего решения со ссылками на причины удаления в письменном виде, но жалобу забирать не буду. После чего было инициировано голосование, где большинством голосов (а «понаехало» с «выездных пунктов» приличное количество «членов УИК») мы вдвоём были удалены с участка. Так же от меня потребовали удалить видеозапись речи председателя на том основании, что я являлся незаконным наблюдателем. Я отказался удалять запись до выдачи мне письменного решения комиссии о удалении меня с участка. Нас заставили одеться, отключить мобильные телефоны, а у меня попросили отдать флеш-карту с видео, которую я отдал под расписку завхозу. Час ожидания (сидели мы там же где проходило голосование), в течении которого мы не могли участвовать в работе комиссии, но никто не мешал нам уйти с территории России, т.е. из Генконсульства, но ограничивал наше перемещение по России территорией стула, и нам выдают решения об удалении с участка, основываясь тем (эта часть касается только меня), что пункт 9 статьи 2 №19-ФЗ не регулирует вопрос о направлении наблюдателей, а так же тем, что «Карась С. И. в полученных из ЦИК России списках наблюдателей не значится». И, если с первым пунктом можно согласиться – опечатка имела место быть, то насчёт части с получением списка наблюдателей мы читаем в пункте 9 статьи 23 ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации» (тот самый №19-ФЗ): «Предварительное уведомление о направлении наблюдателя не требуется».

А видео меня всё же заставляют стереть, ссылаясь на секретность заведения. Хотят заставить стереть и фотографии с участка, но после того, как я сказал, что фотографии я мог сделать как избиратель, их оставляют, заставив два раза пролистать все мои фото. Впрочем, ничего интересного с юридической точки зрения там и нет.

Насколько честным было голосование? Я не знаю. Так же как и не знаю, какие итоговые результаты подсчётов по моему участку. Могу только догадаться, что по плану мы с коллегой должны были сидеть смирно и говорить всем какие у нас замечательные выборы. Но мы не вписались в систему. И система нас удалила. Пока с участка.

Свобода? А у меня от неё освобождение на 5 лет, Дмитрий Анатольич!

Вчера состоялись выборы в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации 6 созыва. О том, как я был наблюдателем, что видел. Факты, размышления, предположения.
Сподвигла меня на участие в выборах не просто как избирателя, а в качестве наблюдателя, история, произошедшая в одном из городов одного из регионов России, в котором вчера 99, 47% проголосовало за "Единую и неделимую", ситуация со Спартаком Гогниевым.
Изначально я должен был участвовать в качестве члена избирательной комиссии с правом совещательного голоса на участке № 477 Владимирской области (одна из школ областного центра), но в субботу вечером мне позвонил один из лидеров областного комсомола и спросил готов ли я ехать в Александров наблюдателем? Я ответил, что готов.
Итак, опуская неинтересную и стандартную часть  с вставанием полпятого утра, выездом через час и прибытием в Александров, переходим ближе к делу.
В райкоме КПРФ мы получили направление. Все трое прибывших из областного центра отправлялись по проблемным временным участкам, открытым буквально за 3 дня до голосования. Один из нас "бросался" на больничную амбразуру - в районную больницу, а двое оставшихся, в том числе и я, ехали в округ Александров на открытый в оздоровительном центре "Рекорд" временный избирательный участок № 64.
Забросив товарища в больницу, мы выехали из Александрова в направление Струнино-Ярославль. В райкоме нам сказали, что поворот на центр будет примерно через три километра после выезда из города. Повернув примерно через указанное расстояние мы попали на какую-то заброшенную ферму в лучших традициях страшных фильмов. Темно, стоит и ржавеет старая девятка под брезентом, закрытые ставни на редких окнах  и никого. Избирательный участок? Нет. Из двери показался гастарбайтер и так и не смог объяснить ничего. Кроме одного: мы поняли, что это точно не то, что нам нужно.
Однако, реальность оказалась не лучше. Когда мы нашли центр "Рекорд" перед нами предстала следующая картина. Всё та же ночь (светать ещё и не думало, слава и хвала могучему повелителю-временщику!), забор, у забора стоят примерно 7 человек охранников из ЧОПа и человек без камуфляжа. Мы ему говорим: член избирательной комиссии с правом совещательного голоса от КПРФ, наблюдатель от КПРФ и кандидат в депутаты Гос. Думы от той же партии, документы вот: (показываем). Нам говорят: "мы не можем вас пустить на частную территорию, без распоряжения руководства. Подождите". 
Ждём, несмотря на то, что тает снег, на улице прохладно. У ворот стоит пустой автобус, а на территории ходят люди (по виду - молодёжь). Звоним в ТИК (территориальная избирательная комиссия) - обещают разобраться, а потом не снимают трубку.
Потом подъезжают два миркоавтобуса, один и девушками, другой - с юношами. Из одного автобуса выходит мужчина, подходит к нашему кандидату в депутаты (очевидно, самому представительному по обе стороны забора)  и спрашивает: "Мы из Покрова, голосовать, нам сюда?" Мужчина из-за забора ему отвечает: "Иди сюда", идёт короткий разговор и два автобуса пропускают. А нам, через некоторое время заявляют, что участка и вовсе нет. Вызываем полицию, а сами пишем жалобу на недопуск на участок. Но её надо заверить у председателя комиссии, или хотя бы услышать от председателя участковой избирательной комиссии, что он нас не допускает. А как это сделаешь? Ждём полицию, что бы попасть на участок и подтвердить жалобы у председателя. Через полчаса приезжают полицаи, снимаем на видео как они смотрят у нас документы, потом вдвоём (двое мужчин) входят в центр. Ждём. Примерно полчаса. Выходят тоже двое, но уже мужчина майор (он и входил) и женщина-старлей с  прижатым к груди белым пакетом с неизвестным содержимым. Молча, не обращая внимания на нас, садятся в полицейскую "Ниву" и укатывают. Охранники, разговорившись, говорят, что "Единая Россия" - плохо, что на заводе "Рекорд" заставляют голосовать за единоросов: "А что ты будешь делать? С бюллетенями сидит мастер. С одной стороны бюллетени, с другой - заявления на увольнение с подписью директора. Не проголосуешь - увольняйся. А у тебя последние 6 тысяч зарплаты, ну и что делать? Выбора у мужиков нет." Звоню на "Рен ТВ" (летом проходил там практику и остался телефон продюссера). Говорю: "Алексей, вот, не пускают на участок. Можете что-то сделать, может приедете, снимите?" На что получаю ответ: "а чем я вам могу помочь? таких участков сейчас знаете сколько по стране? Тем  более не Москва..."
Так как у участка № 64, то есть у лагеря, ловить особо нечего, меня, вместе с водителем посылают как раз на завод "Рекорд" (участок № 65), посмотреть как там оно дело на самом деле (участок тоже вновь образованный). Около 10 утра уже там. Входим. Проходная завода. У проходной в качестве охранников, кроме шлагбаума, две женщины в форме ЧОПа, лет 45-50. Говорим, наблюдатели, на участок. Они: "Ещё? Сегодня прям крестный ход!" Звонят куда-то, потом говорят: ждите. Ждём. полчаса. час. Выходит одна охранница, говорит, что участка на заводе нет, и поэтому нас никуда не пустят. Кандидат в депутаты, которому позвонил, советует обратиться к партийным юристам, скидывает телефон. Звоню. Мне советуют снять на камеру слова охранницы. Прошу её снова сказать, Она говорит, что на территории завода "Рекорд" нет участка. И пускать не велел начальник охраны. Я спрашиваю: "Есть ли ещё один вход, на с которого, возможно, можно попасть на избирательный участок?" Мне отвечают: "Нет". Я: "Завод "Рекорд" в Александрове только один? Других заводов нет?" Мне говорят: "Нет, только один" (видео не выкладываю из-за низкой скорости интернета). 
Подождав немного у моря погоды, отправляемся искать ТИК, что бы зарегестрировать жалобу. Там уже те, кто остался у участка № 64. прилично поколесив по городу, подъезжаем-таки к ТИКу. Узнаём, что наш товарищ, попавший в больницу (наблюдателем) не может присутствовать при выездном (выходном по палатам) голосовании по причине того, что у него нет халата и бахилл (хотя по закону УИК должна предоставить возможность не менее чем 2 наблюдателей или членов комиссии с правом совещательного голоса равные возможности передвижения к месту переносного голосования с участниками УКИа...).
С трудом заполняем и отдаём жалобу (оказывается Александровский район всё же район, а не округ, хотя указатели, например, говорят другое). И едем назад, на завод. Между собой подшучивая: "неужели и впрямь сейчас участок найдут?". И, действительно, находят! Те же охранницы, всё тот же один звонок. и уже через 5 минут ожидания к нам спускается Александр Владимирович, председатель избирательной комиссии. Сверяет документы, я прощаюсь с водителем, и остаюсь один на один... 
По словам Александра Владимировича всё дело в охранницах, которые ничего не знали, они не компетентны и вообще пора им на увольнение. А он, мол, всегда был рад принять наблюдателей. Помещение для голосования в административном здании бывшего телегиганта (ныне на территории завода функционируют более 40 предприятий) находится на втором этаже. Оборудовано как полагается. Я вхожу, за ширмой один голосующий, за столами два человека. как позже выяснилось - зампредседателя и секретарь УИКа. Кроме одного проголосовавшего в то время, как я входил, больше никого. Поэтому голосую сам, по открепительному. Когда расписываюсь, взгляд пробегает по списку, первая страница в журнале, 10 фамилий. и напротив одной нет росписи. прошу вызвать человека. Он, якобы, забыл расписаться. Пытаюсь узнать положенные к предоставлению для ознакомления, как наблюдателю, мне по закону данные: количество избирателей, внесённых в список избирателей на начало голосования, количество бюллетеней, полученных УИК от ТИК (по акту передачи бюллетеней), количество избирателей внесённых в реестр заявлений для голосования вне помещения, и количество заявлений для голосования на участке (так как участок временный, то каждый обязан был написать заявление для голосования на участке). Мне заявляют, что у них нет акта передачи, надо звонить в ТИК, звоню туда отфутболвают обратно потом председатель УИКа говорит, что юристы из ТИКа говорят ему, что требовать ознакомиться со списками может только член комиссии с правом совещательного голоса. Пишу жалобу на недопуск к спискам. Прошу подписать, Александр Владимирович говорит: а надо? Я говорю: "надо". Он: "Сейчас приедет чиновник из ТИКа, подожди 5 минут, разберёмся". Между чиновником и  словами приезжают на участок мэр Александрова, глава областного ЖКХ и кто-то третий, про которого никто ничего не сказал. Заглянули, посмотрели, спросили: "всё нормально?" я к ним со своей жалобой (ещё не знал, что единороссы), они мне повторили про то, что наблюдатель де не имеет. Представитель ТИКа завёл вообще странный разговор: "Что бы принять жалобу мне нужно созвать всю комиссию..." Хорошо, что приезжает наш кандидат в депутаты, вместе с ним пишу заявление-жалобу в ТИК на ту же тему. Женщины - секретарь и зам, предлагают поесть, сначала отказываюсь, потом пью чай. Начальник комиссии постоянно ходит где-то и пьёт таблетки (по его словам более вторую неделю). Полицейский ушёл после 10 минут моего пребывания (находился в соседней комнате, где, по словам секретаря, мини-буфет, откуда приходил периодически толстоватый дядька. иногда принося еду), иногда заглядывал некий субъект, по моим догадкам - директор одного из предприятий. возможно проверял есть ли я, или, например, в туалете. Избирателей нет вообще. Ещё в два часа выбил-таки примерное число проголосовавших у председателя УИКа (на 14-00 проголосовало 2287 человек! А, учитывая, что на участок я попал в 13-10, это количество, минус меня, проголосовало за 5 часов работы участка. при том, что в комиссии всего 3 человека, соответственно, только трое могли осуществлять выдачу бюллетеней. То есть за  18000 секунд 3 человека обслужили 2286 избирателей. делим секунды на избирателей, получаем примерно 7, 8 секунд, умножаем на количество работников, выдающих бюллетени, получаем 23, 6). Меньше полминуты на то, что бы развернуть паспорт, сверить фотографию, заполнить данные, отдать на подпись лицу и выдать бланк. Причём не одноразовое ускорение, а ежесекундное. Вы сможете? Или я так плох в математике? Не знаю как в итоговых списках (мне их так и не предоставили) - возможно по времени выдачи, если таковая указывается, голосовавших раскидали по времени.
Делать особо нечего, кроме как сидеть и офигевать от цифр. По словам секретаря, после 4 вечера должна освободиться смена пластмассового цеха. Но никого нет. Ни в 4, ни в 5, ни в 6 и так до конца. Члены комиссии поочерёдно выходят, то по телефону поговорить, то куда-то отъехать (это, в основном, председатель), пару раз даже оставляют участок со мной наедине, на несколько секунд.
Из разговора Александра Владимировича (председателя комиссии) по телефону, узнаю, что всего заявлений было подано 2576, то есть ожидать ещё 300 человек. Ведь, казалось бы, если человек написал заявление, то он заинтересован прийти проголосовать. 
Нет, никого, секретарь объясняет, что мол звонила какая-то пожилая женщина, говорит, что ей тяжело идти, и не хочется, а вообще всегда, мол, ходят не все. А то, что народа нет - так участок специфический. Завод, смены. Один раз, правда, говорят, что "может быть Вы всех распугали?"...
Председатель начинает вести со мной политбеседы, на тему: "не понимаю, почему молодёжь за КПРФ?", я ему отвечаю: "Не могу сегодня вступать с вами в политические дискуссии, агитация запрещена".
До конца голосования ничего примечательного. Только в туалет один раз всё же вышел. 
Начинается составление протокола, начинаю снимать на телефон. Через 20 мину секретарь не выдерживает, начинает говорить: "Вы не уважаете наши права. я не хочу, что бы меня снимали, мне тяжело работать, пока всё-равно только в книгах считаем". Понимая бессмысленность съёмки (книги всё-равно не предъявляют и снимаю только общий план), и опасность в плане выдворения с участка, съёмку прекращаю. Начинаем сортировать голоса. Сортируют около полутора часов. Потом подсчёт. Я говорю: "считать может только один человек у меня на виду, перекладывая листы, что бы я видел отметки". Вроде бы поняли. секретарь начинает считать. параллельно зачем-то считают что-то и запредседателя с председателем. Потом выяснится, что они думали, что могут считать параллельно. Нет, заставляю считать по одному. хотя понимаю, что перевес "Единой России" будет колоссальным (когда сортировали бланки заметил сложенные, да и не пускали не зря). так и есть, в итоге, 2128 голосов у "Единой России", 34 - "патриоты России", 29 - ЛДПР, 25 - КПРФ, 24 - "правое дело", 14 - "Яблоко", 3- "Справедливая Россия". При пересчёте того. что якобы уже посчитал председатель, среди бланков "Единой России" обнаруживаем 1 голос за "Яблоко" и одни пустой бланк. Всего в урне таких бланков 10 - их списывают как испорченные. Результаты выборов похожи на чеченские показатели... Получаю на руки копию протокола, который потом сдаю в КПРФ и всё. Выборы закончены. Единственное что смог - заставил написать в бланке прихода наблюдателей, что находился на участке не с 11-ти, как хотел председатель комиссии, а с 13-10.  Когда председатель меня провожал, я заметил, что дверь на второй этаж на магните и не факт, что электорат мог попасть на участок.  А сам председатель ещё раз свалил всю вину на нас (мол, телефона участка не было) и охранниц не знали, что голосуют.
Что в это время проходило в Москве, где было "всё хорошо", и что там будет завтра, когда туда приедет "Сталь" - не знаю. 
А так, суверенная демократия - суверенные выборы. Свобода? на ближайшие пять лет мы от неё освобождены. Ведь в результатах президентских выборах сомневающихся нет.